Фонтан в саду Екатерининского дворца «проснулся» после реставрации

Фонтан в саду Екатерининского дворца «проснулся» после реставрации 12.09.2018

Как и было обещано, отреставрированный мраморный фонтан в Собственном садике Екатерининского дворца ГМЗ «Царское Село» «проснулся» до наступления осеннего ненастья. Звучала музыка, струи воды сверкали на солнце, юные балерины танцевали на траве.

Единственный большой фонтан музея-заповедника сооружен в 1866 году по проекту архитектора Александра Видова и скульптора Грациозо Ботта. В войну он чудом уцелел, в последний раз реставрировался три десятилетия назад, но в качестве водомета его мало кто видел. У гидротехнического сооружения был существенный недостаток, его питала известковая водопроводная вода, под воздействием которой белоснежный каррарский мрамор желтел. Два года ушло на возвращение безупречного внешнего вида и технического состояния фонтана. Восстановлена разрушенная гидроизоляция, восполнены утраты и сколы мрамора, расчищена и укреплена поверхность камня... Теперь водомет питает очищенная, циркулирующая в замкнутой системе вода.

Пуск фонтана — праздник, но не последняя точка в реставрационной программе музея-заповедника. Как сказала его директор Ольга Таратынова, мало кто знает, что пригородная императорская резиденция до сих пор не восстановлена полностью. В очереди на восстановление приблизительно четверть дворцовых залов, сгоревших в войну.

Продолжается процесс воссоздания убранства Лионского зала Екатерининского дворца. Еще год назад этот зал выглядел нарядно благодаря мебельному гарнитуру — двадцати пяти предметам из лазурита, декорированным золоченой бронзой. Сегодня он стоит пустой, без мебели, с деревянными щитами на полу. Огромная, весом около тонны, роскошная люстра с монограммой владелицы интерьера императрицы Марии Александровны зашита в короб. Лишь одна из трех дверей, ведущих в зал, украшена порталом из лазурита.

 

Лионский зал — творение Чарльза Камерона — входил в число личных апартаментов Екатерины II. Название возникло благодаря обивке стен шелком, изготовленным в Лионе. На золотистом фоне вытканы фазаны, павлины, лебеди в переплетении гирлянд и ветвей. В лазуритовый декор помещения входили карниз, фриз, панели в нижней части стен, наличники окон, обрамления дверей. На все было использовано больше 92 пудов байкальского лазурита. Впоследствии техника облицовки больших поверхностей тонко напиленными пластинами цветного камня, точно подогнанными друг к другу и создававшими впечатление монолита, получила название «русская мозаика».

 В середине ХIХ века хозяйкой Лионского зала стала Мария Александровна, супруга будущего императора Александра II. Для нее архитектор Ипполит Монигетти изменил оформление помещения: демонтировал барельефы и живописные вставки на стенах, заменил печи каминами, дополнил интерьер мебельным гарнитуром и светильниками из лазурита и бронзы.

 

В войну отделка Лионского зала погибла. Мебельный гарнитур эвакуировали в Иркутск. Уникальный паркет «из разноцветных заморских 12 сортов дерев», украшенный перламутром, немцы вывезли. Его нашли в Берлине, в 1947 году вернули в Царское Село, он хранится в фондах музея. В Лионском зале демонстрировался фрагмент.

 Проект реставрации одного из самых совершенных интерьеров Екатерининского дворца был подготовлен еще в 1983 году под руководством главного архитектора музея Александра Кедринского (1917 — 2003), десять лет назад откорректирован. Воссоздание убранства стало возможным благодаря финансовому участию благотворительного фонда «Транссоюз». Тендер на работы выиграла знаменитая «Царскосельская янтарная мастерская», воссоздававшая Янтарную комнату и реставрировавшая Агатовые комнаты.

 

В помещении мастерской на столе разложен еще один, готовый к установке, лазуритовый портал. На синей поверхности камня сияет золоченый металлический декор.

 — Мы используем афганский лазурит, — рассказывает руководитель мастерской Борис Игдалов. — У байкальского есть вкрапления, из-за этого много отходов. Камень дорогой, мы не можем себе это позволить. В Афганистане большие запасы лазурита, нам требуется 3,5 тонны. Работа интересная. Самое сложное — воссоздание декоративных металлических деталей: лепка форм, перевод их в металл, позолота, чеканка... Работать с металлом труднее, чем с камнем.

 Подготовленные пластины лазурита и бронзовые детали реставраторам предстоит установить на историческом месте в той самой технике «русская мозаика». Набор из каменных пластин крепится на основу из известняковых блоков. Кое-где на фризовом камне заметны старые отверстия, в которые прежде крепился лазурит.

 Воссоздание порталов — важный этап в возвращении исторического облика парадного дворцового интерьера. Вслед за порталами появится лионский шелк на стенах (его музей получит в дар от французских текстильщиков), панели, обрамляющие нижнюю часть стен... Постепенно зал обретет облик, как на старинной акварели.

 Предполагается, что все это публика увидит уже следующим летом. До того сотрудникам музея предстоит решить, как показать посетителям парадный зал эпохи историзма, не позволяя ступать на уникальный паркет, отделанный перламутром.

 Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 168 (6267) от 12.09.2018 под заголовком «Лионский шелк и русская мозаика».

Санкт-Петербургские ведомости:

https://spbvedomosti.ru/news/culture/lionskiy_shelk_i_russkaya_mozaika/

 


Возврат к списку

Наверх