Не промотать наследие

Не промотать наследие 16.01.2019

Заявка была одобрена уже в 1990-м, и наш исторический центр и связанные с ним группы памятников оказались первым российским объектом в Списке всемирного наследия. Но по сей день Россия не представила в ЮНЕСКО т. н. детальный план управления этим чрезвычайно сложным объектом. Какой-то единой модели плана управления нет, есть только некоторые директивы, которыми руководствуются исторические города. Как решают эту задачу в Италии (она - рекордсмен в списке), петербургским специалистам рассказывал в «Точке кипения» Джузеппе Чина, адъюнкт-профессор Политеха Турина, автор проектов управления и развития городских территорий, в том числе исторических центров. Встречу устроили компания «Рост.Фонд» и центр экспертиз «ЭКОМ».

 

Сохранять и управлять

Конвенции о всемирном наследии уже больше 45 лет, но о том, что сохранять наследие - мало, им нужно управлять, договорились не так давно. Как отмечается в руководстве «Управление объектами всемирного культурного наследия» (его составили в ЮНЕСКО), города модернизируются с бешеной скоростью, и тем ценнее свидетельства прошлых цивилизаций. И сохранение - лишь часть управления, а есть еще выявление объекта, охрана, популяризация, передача будущим поколениям и т. д. И управлять все сложнее: глобализация, урбанизация, социальное неравенство, да даже климатические изменения.

- Наследие - это не какой-то дар, который нами получен раз и навсегда. Это то, что надо заслужить, адекватно управляя им и сохраняя его, - подчеркивает Джузеппе Чина.

Объект, претендующий на попадание в список ЮНЕСКО, теперь даже не рассматривают, если он не снабжен планом управления. А те объекты, которые уже числятся «всемирным наследием», тоже должны такими планами озаботиться. Но одно дело - лондонский Тауэр или Вилла Адриана в Тиволи, изолированные объекты, другое - целые исторические центры Неаполя, Виченцы, Петербурга.

- Я понимаю, почему Петербургу это сделать трудно, - констатирует профессор. - Но нередко и страны, которые не имеют подобных сложностей, еще не представили в ЮНЕСКО планы управления.

Джузеппе Чина родился в Палермо, работает в Турине. Оба города - в списке ЮНЕСКО, но Италия в этом смысле вообще лидер: из 1073 объектов всемирного наследия, расположенных в 167 странах, 54 - итальянские (российских, к примеру, 28, что тоже немало).

Профессору, как эксперту в сохранении исторических территорий, очевидно, что признание местной достопримечательности «всемирным наследием» имеет последствия не только позитивные (престиж, привлечение внимания и т. п.), но и негативные. Скажем, чревато коммодификацией: превращением наследия в товар, выпячиванием одних исторических объектов и «задвиганием» других. Например, в Кито (Эквадор) под охрану попали памятники испанского наследия, а индейского - нет. А в Венеции власти так расстарались, сохраняя исторический город, что с 25 миллионами туристов в год венецианцам нечего и мечтать о передышке и обычной городской жизни.

Каково жить в памятнике на сваях?

Единого для всех плана управления объектами, повторим, нет. Всякая страна справляется по-своему, но все же есть определенные директивы от ЮНЕСКО. Профессор подчеркивает: до плана управления нужно иметь план сохранения. Однако нередко они «конфликтуют». «Это противостояние всегда есть в исторических городах - между людьми, которые хотят только сохранять, и теми, кто хочет, чтобы город развивался», - комментирует Джузеппе Чина.

Мы знаем Париж не «Трех мушкетеров», а барона Османа, перекроившего в XIX веке французскую столицу и, по отзывам современников, «убившего» ее, напоминает Джузеппе Чина.

Осман развивал город. А, допустим, нынешние власти китайского города Фэнхуана, прозванного из-за обилия каналов китайской Венецией, налегли на сохранение и оставили старые деревянные домишки на сваях в первозданном виде. В результате жители просто покинули свои неудобные жилища, а город перестал быть городом и стал музеем, там даже вход платный в определенные зоны. И это сохранение/управление, понятое превратно, по мнению Чина.

Александр Карпов, директор центра «ЭКОМ», не исключает, что конфликт может быть заложен не только между «сохранением» и «развитием». А подчас в самой природе городов. Одни по природе своей удобны в поддержании и управлении, их довольно легко развивать не в ущерб сохранению. А другие воспринимаются как бедные, неудобные, и, сохраняя их, мы как бы консервируем бедность. В Татарстане, например, не всем была очевидна ценность старых деревянных строений: в них же, по современным меркам, жить невозможно!

Не надо привлекать туристов. Сами привлекутся

Лидерство своей страны в Списке всемирного наследия итальянский профессор скромно объясняет не столько красотой строений, сколько их сохранностью. И такой подход ЮНЕСКО стремится поощрять.

В Италии давняя традиция управления архитектурными ценностями. Город Ассизи, родина Франциска Ассизского, разработал свой план управления еще до всякой конвенции, в первой половине 1950-х. Причем в создании этого плана участвовало городское сообщество. «Так люди получают сигнал, что сохранение города и управление им - задача не только властей, это задача всех».

В Италии 8 тысяч муниципальных единиц, вполне автономных, но, по государственному закону, каждая обязана иметь план управления и план сохранения своей исторической части. Хоть ты городишко площадью 10 кв. км, хоть ты Рим. И, например, город Урбино решил, что вся историческая часть должна восприниматься как единое целое, и маленькие домики охраняются ровно так же, как дворец герцогов Урбинских, входящий в список ЮНЕСКО.

Итальянские города из Списка всемирного наследия получают средства от правительства страны, а что со зданиями историческими, но рядовыми, не памятниками?

И жители, и бизнес не спешат вкладываться в их сохранение: оно гораздо дороже нового строительства. Но, рассказывает профессор Чина, например, в провинции Палермо сообразили, как привлечь частные средства в сохранение исторических мест. Регион выкладывает 50% за ремонт и реставрацию фасадов, крыш и капитальных конструкций. По той причине, что фасад украшает город, стало быть, представляет собой общественный интерес. А без крыши и капитальных конструкций дом не выстоит - значит это тоже общественный интерес.

По словам профессора, многие жители Палермо заинтересовались такой схемой. «Люди вовлечены в восстановление города, и сам город не становится туристической резервацией, это город для горожан», - уверяет Джузеппе Чина. Он вообще упирает на то, что сохранение города, да и управление им - задача всего сообщества. Тем более что комитет всемирного наследия фокусируется на выдающихся памятниках, а лицо города - это и то, что окружает памятники.

Зазывание туристов профессор не одобряет:

- План не должен принимать во внимание привлечение туристов. Инвестировать надо не в продажу, а в красоту, она сама привлечет к себе.

Итальянский опыт Александр Карпов называет «шокирующим». В смысле даже не денег, а компетентных людских ресурсов:

- Сколько нужно специалистов, чтобы реализовать и проконтролировать все эти планы! Это ежедневная работа, и в каждом муниципалитете есть люди, глубоко в это погруженные, и эта традиция воспроизводится.

Как отметил один из архитекторов на семинаре, принципиальная разница в том, что в Италии на уровне правительства страны всем историческим поселениям «велено» определить свои охраняемые места, а в России поселения должны сами осознать свою историю и ценность, озаботиться подготовкой и подачей документов в инстанции и т. д.

К тому же, как отмечают представители «ЭКОМ», общественное согласие по поводу той или иной достопримечательности крайне зависит от того, насколько доступны исторические документы, кадастры, карты. В Петербурге в этом смысле просто: ступай в архивы, изучай, а сколько населенных пунктов так не избалованы?

Наконец, отметили петербургские специалисты, «правила вхождения в перечень ЮНЕСКО сформированы определенной культурой и заточены под нее». В Стамбуле давняя традиция использовать камни старых зданий для строительства новых, что с точки зрения ЮНЕСКО, разумеется, ни в какие ворота. Индийский город Бенарес (или Варанаси, его называют «Римом индусов») не получил статус объекта всемирного наследия просто потому, что там нет специалистов, способных разработать мастер-план для включения этого сокровища в список.

Уж по крайней мере в этом смысле у Петербурга сложностей нет: мы из той же самой культуры, и правила ее сбережения для нас понятны. Вопрос в их соблюдении.

Анастасия Долгошева

ФОТО Александра ДРОЗДОВА. У Петербурга есть собственная программа сохранения и развития исторического центра, сейчас идет второй ее этап, завершится в 2020 году.

https://spbvedomosti.ru/news/gorod/ne_promotat_nasledie/

 


Возврат к списку

Наверх