Трудно быть парком

Трудно быть парком 25.02.2020

    Говорят, лично В.В.Путин распорядился поставить в Парке боевого братства в Петербурге четыре бюста десантников. Там уже есть два мемориала проигранным войнам и много луж. Судьба этого парка в квартале 19Б на улице Джона Рида (севернее пересечения ул. Джона Рида и ул. Бадаева) любопытна и поучительна.

Корнями его история уходит в 2004 год, когда председателем комитета по благоустройству и дорожному хозяйству было утверждено архитектурно-планировочное задание КГА № 5/13084 от 28 июля 2004 г. Невский район – отнюдь не самый зеленый и лучший по экологии, поэтому новый парк – дело тут необходимое. В результате парк площадью 11 га был спроектирован, а его рабочий проект, подготовленный архитектурным бюро «Балтсервисдизайн» (архитекторы Г.Шолохова, А.Шолохов, Я.Кирс, Э.Абайбурова, Л.Федулова), утвержден 1 июня 2005 года.

Но не успели еще начать земляные работы, а парк побыть просто парком, как в 2008 году от него отхватили значительный кусок под строительство Школы олимпийского резерва по плавательно-прыжковым-в-воду-видам-спорта, что полностью перечеркнуло проект.

basseyn-copy.jpg

Попутно замечу, что такой сюрприз не покажется неожиданным, если вспомнить, что уродливое здание катка было абсурдно возведено «Газпромом» прямо в Таврическом саду, что существенно застроен всякой коммерческой белибердой Муринский парк (причем застройку все время пытаются продолжить!) и несчастный сад «Олимпия» на Московском пр. (торговый центр, гостиница), что были идеи жилой застройки Михайловского сада, что циркулировал проект варварского превращения Пискаревского парка в уродливый аналог «Диснейленда» по проекту некоего архитектурного бюро «Наследники Бенуа» во главе с Е.Петрашень, о чем я писал в ноябре 2017 года.

В общем, контекст уничтожения зеленых насаждений общего пользования как следствие ненависти строителей к ботанике и к незастроенным территориям очевиден. В данном же случае бассейн появился на улице Джона Рида потому, что жители протестовали против его строительства в Сосновке. Сосновка – лесопарк в законе, а на улице Джона Рида еще не было узаконенной зоны ЗНОП, и потому бассейн перетащили сюда. Очевидно, местным жителям было безразлично или протестовали неубедительно…

В результате остаток территории, примыкающей к улице Джона Рида, стал зоной зеленых насаждений, но существенно меньшей площади, а фоном для этой зоны стал массивный торец здания физкультурно-оздоровительного комплекса, нынче именующегося «Невская волна».

Эту историю убийства проекта парка внедрением в самый его центр гигантской «Невской волны» я в свое время подробно описал в статье «Город – это вам не сад» (Город 812. 2008. № 11. 10 – 16 ноября) после того как встретился и подробно поговорил с архитектором Галиной Леонидовной Шолоховой (1935 – 2016), главным архитектором проекта.

Работы начались весной 2011 года, и на огрызке прежней территории был создан регулярный парк с насыпными дорожками, клумбами и деревьями, торжественно открытый 19 ноября 2011 года. Так парк зажил своей второй жизнью, еще лишенной идеологии.

Правда, в 2011 году у входа в парк с перекрестка улиц Бадаева и Джона Рида был установлен самопальный памятный знак в виде глобуса с приделанной к нему красной звездой, неким огнестрельным механизмом, снабженным штыком, и табличкой «Парк воинской славы». «Просто парк», видимо, не укладывался в чьих-то советских головах, привыкших к тому, что все должно быть нагружено идеологией, воспитательной функцией, в идеале военно-патриотической.

Работы уже начались, когда Алексею Шолохову, директору архитектурного бюро «Балтсервисдизайн», начальник Управления садово-паркового хозяйства сообщил, что администрация приняла решение обременить «просто парк» темой воинской славы. Конечно, как написал неизвестный эпиграмматист XIX века об ангеле на Александровской колонне, «в России дышит все военным ремеслом, и ангел делает на караул крестом».

В общем, началось.

12 сентября 2014 года на территории парка – точнее, на том огрызке, который остался после строительства бассейна – был открыт памятник с элементами круглой скульптуры, посвященный 25-летию вывода войск из Афганистана. Авторский коллектив — скульпторы А.Ф. и В.А.Маначинские (отец и сын). Конструкция в виде арки обшита стальными листами, внутри арки – некое символическое ущелье, из которого прямо на зрителя выходят военнослужащие, что обозначает вывод войск. Поскольку война в Афганистане Советским Союзом была проиграна, у солдат/офицеров суровый и подавленный вид отступающих. Победители с таким видом не уходят, победа была, когда советский спецназ захватил дворец Амина 27 декабря 1979 года (операция «Шторм-333»), а то, что началось потом, победоносной войной никак назвать нельзя.

Так началась третья жизнь парка, теперь уже обреченного на заполнение монументально-декоративной патриотической символикой. И действительно, 7 ноября 2015 года в парке был открыт памятник воинам шестой роты 2 батальона 104 гвардейского парашютно-десантного полка 76-й Псковской дивизии ВДВ, о котором я писал в годовом обзоре в октябре 2016 года. Авторы проекта – архитектор Н.Тарасова и ее муж скульптор Н.Гордиевский. Решение чисто архитектурное, включает эмблему ВДВ – раскрытый парашют и девиз «Никто кроме нас».

IMG_6916.jpg

    Памятник шестой роте 2 батальона 104 гвардейского парашютно-десантного полка 76-й Псковской дивизии ВДВ

Сразу надо сказать, что установка второго памятника никак не была скоординирована с уже установленным первым мемориальным объектом – ведь планировки парка, незаметно ставшего мемориально-патриотическим, не было. Не говоря уже о том, что оба объекта выполнены в разной стилистике, их размещение на территории, т.е. взаимное расположение, свидетельствуют только об одном: места, занимаемые ими, осмысленно не выбирались. Просто сперва поставили один, потом невдалеке от него второй…

А после установки памятника воинам шестой роты парк приобрел идеологический смысл и официально: постановлением правительства Санкт-Петербурга № 1255 от 28.12.2016 парку присвоили название Парк боевого братства (ПББ). Афганистан, Чечня…

Об этом никто не подумал, но получился парковый мемориал военнослужащим, участвовавшим и/или погибшим на проигранных СССР/Россией войнах.

Кстати, места в парке много, и, возможно, там еще появятся памятники, связанные с войнами в Анголе, на Украине, в Сирии, в Центральноафриканской республике, Турции. Благодаря изобретательной геополитике войн, в том числе и необъявленных, и секретных много – и соответственно боевых братьев у нас тоже много. И всем хочется памятников. Мне, в частности, очень перспективной представляется идея памятника ветеранам гибридных войн, кибервойн… Потому что пока все делается по-советски уныло.

Кстати, у входа в ПББ с перекрестка улиц Бадаева и Джона Рида по-прежнему стоит большой глобус с красной звездой, охватывающей земное пространство от экватора до 60-й параллели, со стилизованным трехмерным изображением чего-то похожего на автомат с примкнутым штыком, что, как я понимаю, в целом обозначает намерения воевать в любой точке земного шара, куда пошлет родина для выполнения «интернационального долга», и дубовой ветвью, символизирующей силу, мужество и верность. Над глобусом – самодельная металлическая арка с названием парка.

В целом получившаяся композиция напоминает по своей стилистике суровые украшения военных городков, которые под присмотром замполитов клепают солдаты срочной службы. Что-то в этом есть примитивно-гарнизонное, словно это не городской район, а воинская часть с большой красной звездой на охраняемых воротах. Что-то от стилистики «дембельских альбомов».

Даже оборудование детских площадок так или иначе подтянуто к военной тематике: скажем, детская горка выполнена в виде самолета и напоминает тренажер для юных десантников.

Понятно, что никто об этой стилистике не думал, все совершалось «на автомате», само собой. И главное: остановиться уже невозможно. Show Must Go On.

Теперь – вроде бы по указанию самого В.В.Путина – в ПББ собираются установить еще и четыре персональных бюста воинов-десантников 6-й парашютно-десантной роты 104-го гвардейского парашютно-десантного полка 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, проживавших в Петербурге: С.В.Жукова, К.В.Тимошинина, И.С.Хворстухина, Д.С.Щемлева. Они должны быть увековечены в нашем городе. Инициатором является Фонд поддержки семей погибших и пострадавших в вооруженных конфликтах и уволенных в запас военнослужащих «Памяти 6-й роты». Бюсты высотой 80 см предполагается отлить из бронзы, установить на гранитные постаменты высотой 1,7 м, создав аналог Аллеи дважды героев в Парке Победы.

    ПББ на торфянике

Однако оказалось, что просто взять и поставить четыре бюста невозможно. Кое-что надо сделать предварительно. Причем это «кое-что» прямо связано с тем, что не было сделано в 2011 году по причине внедрения в центр территории парка гигантского здания бассейна и обусловленной этим волюнтаристским актом кардинальной редукции проекта.

Негативные последствия сейчас видны сразу, как только сюда заходишь с улицы и, скажем, хочешь пройти от одного памятника к другому. Потому что путь преграждают гигантские лужи, которые ввиду их многочисленности и постоянства хочется назвать болотом, чему есть очевидные гидрологические причины.

IMG_6923.jpg

    Главная достопримечательность парка — лужи

Дело в том, что территория, занимаемая парком, представляла собой лесной массив из малоценных пород деревьев, причем участок был сильно заболочен, поскольку территория – это остатки торфяника. В срединной части глубина залегания торфа составляет 6 метров.

Поэтому в первоначальном проекте, утвержденном в 2005 году, для осушения территории были предусмотрены два водоема площадью 0,38 и 0,17 га, а также канавная сеть для дренажа территории. Причем грунт от выемки при устройстве водоемов и канав должен был пойти на геопластику – подсыпку пониженных участков территории.

Попутно замечу, что согласно первоначальному проекту, центральная аллея (эспланада), проходящая с запада на восток, делила территорию парка на две части – южную и северную. На эспланаде планировалось мощение, цветочное оформление, фонтан, солнечные часы, освещение.

Южный участок – ландшафтный парк, где предусматривались новые посадки, а для существующих старых предполагались санитарные рубки. Всего озеленяемые участки составили более 6 га. На северном участке размещался физкультурно-оздоровительный комплекс (ФОК) в виде здания и спортивных площадок, в том числе теннисных кортов. Устройство ФОКа изначально входило в архитектурно-планировочное задание как обязательный элемент парка – чтобы любой житель имел возможность заниматься спортом – и в помещении, и на воздухе. Был также предусмотрен общественный туалет «на шесть очков с техническим помещением для садово-паркового персонала», чтобы отправление естественных надобностей народ не производил на пленэре. Проектировщики предусмотрели прокладку через парк пешеходного транзита для сообщения между кварталами (как по центральной горизонтальной оси, по эспланаде, так и по диагонали – «для тех, кто торопится»), направления транзита – к метро, к остановкам общественного транспорта, школам, к входам в жилые кварталы.

В общем, это был грамотный, продуманный проект, который реализовать не удалось из-за строительства гигантского здания бассейна «Невская волна» в центре территории, отведенной для парка. Таким было волюнтаристское решение губернатора В.И.Матвиенко.

Но торфяник-то остался! И заболоченность территории никуда не делась, несмотря на возвышенную идеологию этого места. Сейчас о водоемах речь не идет, но мелиорацию произвести остро необходимо: копать канавы, прокладывать дренаж, т.е. сделать то, что почему-то не было сделано в 2011 году.

    Перепланировка парка, мелиорация болота и четыре бюста героев

— Администрация в шоке от того, что здесь болото, — говорит Алексей Шолохов, архитектор, который принимал участие в самом первом проекте парка в 2004 – 2005 годах. — По нормам парк надо закрыть на просушку и вести мелиоративные работы. А как его закрыть? Для этого его надо оградить, ограждения ведь нет. Либо болото надо мелиоративно улучшать, чтобы проблемы эти решить раз и навсегда, либо каким-то образом закрывать каждый раз, чтобы осушать. Но это невозможно.

Но что меня радует – что все-таки две детские площадки здесь есть. Это очень хорошо. Я считаю, что площадок должно быть избыточное количество, кустарников должно быть больше гораздо. Зелени должно быть больше, кулис должно быть больше.

— Сейчас вместо деревьев торчат какие-то палочки…

— Уже лет через пять эти деревья примут нужный вид. Очень хорошо, что есть освещение. Это редкость в наше время.

— А развитие тематики боевого братства? Парк и дальше будет заполняться инсигниями военной славы и военных братьев?

— Да, как только в городе возникает вопрос об установке новой скульптуры, посвященной памяти воинов, сразу же на карандаш берется этот парк. Потому что это один из немногих вариантов размещения. И слава богу, что власти помнят, что у нас есть архитекторы…

— Но вот я смотрю на эти два памятника: один белый, другой…

— …серый.

— Мне представляется, что эти два памятника стоят нескоординированно один относительно другого…

— Нас никто не спрашивал!

— А кого спрашивали?

— Видимо, экспертную группу, которая тогда называлась художественной секцией Градостроительного совета. Тогда ею руководил Юрий Константинович Митюрев.

— Каждый из этих объектов стоит на фундаменте?

— Да.

— А вы их переставлять будете? Они стоят неправильно один относительно другого.

— Ничего переставлять не будем. Важный момент, на мой взгляд, заключается в том, что сейчас сама по себе художественная секция Градостроительного совета, которая теперь называется экспертной группой, принять решение об установке даже бюстов не может. Это решение выносится на Градостроительный совет. И сейчас идею точечной заплатки – установки четырех бюстов на этом участке – Градсовет завернул. Просто завернул.

— А почему завернул? И что потребовал?

— Потребовал сделать комплексную перепланировку парка в связи с новой – идеологической – функцией.

— А два существующих монумента? Это уже необратимо?

— Это необратимо. Но решение о том, чтобы на одной из аллей парка быть четырем бюстам, принял Владимир Анатольевич Григорьев, главный архитектор и председатель Градсовета.

— Как вы оцениваете это решение? Это хорошо – поставить сюда еще четыре бюста?

— На мой взгляд, сейчас парк уже существенно перегружен скульптурами и монументальными формами на участке выхода к углу улиц Бадаева и Джона Рида. Если установки 4-х бюстов не избежать, то, как мне кажется, их все-таки лучше поставить в противоположной части парка, по диагонали от существующих мемориальных знаков. Там и место не перегружено, и дренаж существенно лучше работает. Хотя инженерные вопросы на всем этом недренированном сегодня парке однозначно важнее монументальных.

— Ну, судя по тому, что решение об установке четырех бюстов принималось на самом верху, Григорьеву больше ничего и не оставалось. Это уже не решение, это исполнение. Разве что эти бюсты будут установлены более осмысленно, чем существующие объекты.

Михаил Золотоносов

http://gorod-812.ru/trudno-byit-parkom/


Возврат к списку

Наверх