На чаше весов – Петербург

На чаше весов – Петербург 06.09.2012

Через три года Военно-медицинская академия отметит свое 300-летие (в 1715 году на месте, где нынче стоит академия, был построен первый госпиталь). Но с каким настроением она встретит юбилей – неизвестно. Потому что не известно, где она к тому времени будет – останется на старом месте в центре Петербурга или перебазируется в поселок Горская, за три десятка километров от города.

Решение о переезде ВМА было принято в 2010-м, но стало достоянием гласности лишь весной нынешнего года. И сразу раздались возмущенные отклики общественности северной столицы, прошли пикеты и митинги. А потом – лето тишины. Однако тишина эта обманчива… Война за академию продолжается. Правда, уже без шума и политической пыли...

Дело в том, что ветераны ВМА написали письмо Владимиру Путину «с целью информирования об иной, отличной от докладываемой президенту точки зрения». В послании содержится недвусмысленная оценка намерений Министерства обороны, которые свидетельствуют о «сращивании интересов новоявленных толстосумов и чиновников высокого ранга, что служит неиссякаемым источником коррупции и дестабилизирует общество».

В Государственной думе состоялись специальные слушания, касающиеся судьбы ВМА. Депутаты тоже обратились к президенту Владимиру Путину с письмом, выразив «серьезную обеспокоенность…»

Тем временем в Петербурге была создана группа «Защитим Военно-медицинскую академию», которая сразу заявила о себе как о серьезной общественной структуре (vk.com/vmedaru)...

Сегодня в группу входят две тысяч человек, из них 40 – активисты, являющиеся специалистами по правовым вопросам, связям с общественностью, строительству, охране памятников культуры и, конечно, медицине, включая подготовку военных медиков.

Со своей стороны, в Министерстве обороны, главном инициаторе перевода академии в Горскую, тоже не сидят сложа руки. Отстаивая правоту своего ведомства, глава министерского департамента военного образования Екатерина Приезжева выступила со статьями в ряде периодических изданий. Она заявляет, что старые здания академии несовместимы с уровнем высокотехнологичной современной медицины, санитарно-гигиенические условия в нынешних клиниках неудовлетворительные, пациентам невозможно предоставить комфортные условия, профессорско-преподавательскому составу, врачам и медсестрам не хватает помещений, из-за чего люди увольняются. Отсюда – вывод: «колыбель медицинской науки требует модернизации». То ли дело будущий многофункциональный медицинский центр! Там и экология прекрасная (район-то – Курортный!), и к услугам сотрудников расположенные по соседству железная дорога и КАД. Ну, а что касается исторических зданий академии в центре Петербурга, никто на них не покушается – они, мол, так и будут принадлежать ВМА.

Защитникам Военно медицинской академии есть, что на это ответить. В начале двухтысячных годов по президентской программе академии было выделено 10 миллиардов рублей на реконструкцию клинических кафедр, оснащение клиник современным диагностическим и лечебным оборудованием, на замену всех коммуникаций протяженностью более 100 километров и кровли на всех зданиях. Так что говорить о неприспособленности зданий и помещений ВМА для полноценной учебной, научной и клинической работы по меньшей мере неправомерно. К тому же в прошлом году в академии успешно прошло лицензирование на осуществление различных видов медицинской деятельности, в том числе самых современных, основанных на высоких технологиях. С количеством помещений тоже все в порядке: за последние два десятка лет их меньше не стало, тогда как число сотрудников заметно сократилось. Причем сокращения эти произошли не из-за плохих условий работы, а из-за плохой оплаты труда, в чем повинно именно министерство.

Ну а пассажи насчет прекрасного житья в Горской и вовсе смахивают на издевку. Экология там плохая: предполагаемое место строительства окружено несколькими свалками, парков, тем более лесов поблизости нет. КАД уже сегодня не всегда справляется с потоком машин, пробки на этом направлении – частое явление, и доставлять больного на «скорой» по такой дороге просто опасно. Для большинства самих сотрудников академии кольцевая тоже ни к чему – скромные доходы не позволяют им ездить на машине.

Силы противоборствующих сторон явно неравны. У защитников ВМА на вооружении только апелляция к Верховному главнокомандующему и к общественности. А у Министерства обороны – реальные рычаги власти. В последние годы финансирование академии было резко сокращено: многие статьи расходов не финансируются вообще, а вместо необходимых ей ежегодно на текущий ремонт 70 миллионов рублей она получала всего 17 миллионов, да и то – в лучшие годы. Остальное сотрудники были вынуждены зарабатывать сами – с помощью системы ОМС. Но в феврале этого года академию перевели на казенную форму финансирования, а это значит, что теперь средства, заработанные врачами, поступают не на счет ВМА, а на счет министерства, откуда ничего не возвращается. Вот в результате этого и возросла текучесть кадров. Только в нынешнем году сокращено около десятка кафедр. И все это не может не сказываться на учебном процессе.

Складывается ощущение, что идет системное, планомерное уничтожение Военно-медицинской академии. Финансово-кадровое удушение – первый шаг. Второй – лишение ее родной земли и старых зданий, на стенах которых, как ордена, красуется длинный ряд мемориальных досок с именами выдающихся сотрудников – Пирогова, Павлова, Сеченова, Склифосовского…

Итак, на одной чаше весов – возможность освоить 100 миллиардов государственных рублей (такова, по слухам, предварительная цена возведения будущего многофункционального медицинского центра), а потом, объявив, что прежние территории ни ВМА, ни министерству уже не нужны, продать лакомые академические земли в самом центре Петербурга и таким образом заработать еще раз. На другой чаше весов – старейшее, уникальное учебное, научное и лечебное учреждение европейской значимости, неотъемлемая принадлежность культурной столицы России.

Какая из двух чаш перевесит? Та, которая в руках федерального ведомства, пытающегося самостоятельно распоряжаться ценнейшими объектами Петербурга без учета интересов города, горожан, да и всей страны? Или та, на которой гласность, здравый смысл, сила общественного мнения и понимание того, что есть ценности куда более высокие, чем деньги?

Пока ответа на эти вопросы нет. Пока первая чаша весов перевешивает вторую. Хотя и незначительно, а значит, борьба еще далеко не закончена.
Сергей Ачильдиев, редактор отдела спецпроектов «НВ»

Минобороны что частная лавочка…
Министр обороны РФ Анатолий Сердюков в силу понятных причин не имел никакого отношения ни к основанию, ни к развитию Военно-медицинской академии. Ее на месте основанных Петром I госпиталей учредил 200 с лишним лет назад государь император Павел I, а славу ей обеспечили выдающиеся ученые-медики – Боткин, Сеченов, Павлов, Бехтерев, сотни других знаменитостей и тысячи просто талантливых врачей. Между тем Анатолий Эдуардович ведет себя так, словно ВМА – это его личная (то ли трудовая, то ли доставшаяся по наследству) собственность, которой он волен распоряжаться по своему усмотрению. Вроде как принадлежащая барину деревенька. Захочет переселить ее на дальние земли вместе с крепостными – и переселит. Холопы роптать не смеют… Извините, автор оговорился: я хотел сказать, что в армии приказы не обсуждаются.
Это вообще общая черта современных российских чиновников, которые считают себя не временными наемными менеджерами, а собственниками всего, чем им доверено управлять. Но, как правило, большинство довольствуется «управлением» финансовыми потоками. Потому как связываться с земельными вопросами или, к примеру, с историческими зданиями не то чтобы невыгодно (деньгами-то хлопоты окупятся), а скорее неэффективно. Общественность по каждой такой сомнительной сделке поднимает хай, приходится объясняться, оправдываться, отстирывать потом мундир…
Практически единственный чиновник, которого это не беспокоит, – Министр обороны Сердюков. Это министр, которого подчиненные не имеют права критиковать, а критику «со стороны» – от гражданских лиц, в том числе ученых, депутатов – он спокойно может игнорировать. Что эти штатские понимают в вопросах военной стратегии? Заявление Союза ученых, обращение петербургского парламента, краткое, но все же негативное обсуждение вопроса на заседании профильных комитетов Госдумы, письма инициативных групп общественности, просивших объяснить смысл решения о ссылке Военно-медицинской академии на далекую и неудобную окраину Петербурга – все это Минобороны попросту игнорировало. А сотни газетных статей на эту же тему были вроде как стрельбой холостыми патронами по противнику, который сидит в укрепленном бункере: там, внутри, даже шума не слышно.
В интернете, впрочем, есть два официальных разъяснения Минобороны по поводу ВМА – директора департамента образования МО Екатерины Приезжевой и так называемая «Концепция многофункционального центра Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова», подготовленная ныне отбывающим срок за взяточничество бывшим начальником ВМА и по совместительству главным медиком министерства Белевитиным. Но это мелочь, поскольку концепция была утверждена лично Анатолием Сердюковым, а потому не подлежит сомнению. Обсуждать эти так называемые разъяснения бессмысленно: первое – лукавая отписка, второе – плохо написанное фэнтези. В общем, судя по данным документам, министр обороны не сомневается в своем праве решить судьбу ВМА так, как он считает нужным, и ни с кем по этому поводу не объясняться.
А вот автор этих строк (как и сотни тысяч петербуржцев) в этом его праве сомневается. При всем уважении к министру – это всего лишь назначенный на время чиновник, один из тысяч тех, кто был в нашей истории на министерских постах. А академия существует больше двух веков. И никогда никому в голову не приходило ее реформировать, расформировывать, тем более – исподтишка душить, обрезая финансирование. Не будем вспоминать о российских императорах, которые оказывали ВМА личное покровительство, но даже такой не слишком ценивший науку и исторические наследие страны президент, как Борис Ельцин, подписал документ о придании академии статуса особо ценного и неприкосновенного объекта культурного наследия.
Дело не в том, что императоры, президенты или военные министры боялись общественного мнения. Просто были рамки, в которых должны были действовать и самодержец, и министр. Есть оперативные вопросы, которые в их власти, есть стратегические, которые требуют согласия всех властей, и есть то, что выше любой стратегии, на что не вправе посягать никакая власть: музеи, университеты, театры, научные центры. Это ведь не новая форма для армии, в которую можно всех переодеть за год-два, а не понравится – придумать другую, – это то, что создается веками.
А самое главное – зачем ломать нынешний комплекс ВМА? Коммерческий интерес группы лиц, часть которых, по слухам, связаны с Минобороны, понятен, но государственный интерес-то в чем? Соратники господина Сердюкова – Приезжаева и Белевитин – уверяют, что переезд пойдет на пользу самой академии и ее пациентов. На минуту примем эту фантастическую версию за правду: что на окраине, в новом медицинском городке с гостиницами и фитнес-залами всем будет лучше. Но в чем необходимость выкладывать за этот переезд 100 миллиардов рублей из государственного бюджета? Война на пороге и ожидается поток раненых, которых в нынешней ВМА не разместить? Или на новом месте будет создана вакцина от рака? Или Минобороны уже создало непобедимую армию, а сейчас просто не знает, куда лишние 100 миллиардов деть? Признаться, я не могу постичь этой военной тайны, если она и вправду военная, а не коммерческая.
Владимир Владимиров, экономический обозреватель «НВ»
 

Источник Невское время


Возврат к списку

Наверх