На фоне Гоголя...

На фоне Гоголя... 27.04.2009

То, что Пушкин – еще не «наше все», для последних сомневающихся стало очевидно в первой декаде апреля, когда широко отмечался юбилей другого классика отечественной литературы – Николая Васильевича Гоголя.

На фоне Гоголя...

Сразу несколько галерей и музеев отдали дань образу великого писателя, но – что примечательно – через призму восприятия современных творцов.

Практически одновременно в галерее «Квадрат» открылась выставка «Гоголь. Портрет» московского живописца Ольги Булгаковой, в выставочном зале Всероссийского музея А.С. Пушкина «Импровизации на темы Петербурга Гоголя» графика Виктора Вильнера, в ЦВЗ «Манеж» масштабная экспозиция «Музей Гоголя».

Жизнь Гоголя была полна удивительных событий, смерть также оставила множество вопросов. Личность Николая Васильевича не дает покоя его коллегам по цеху – творческим людям. Для кого-то, как, например, для Ольги Булгаковой, образ Гоголя, драма творческой личности – это сквозная тема. В галерее «Квадрат» нашли место работы разных лет (одна из них на верхнем снимке).

Как рассказывает сама Булгакова, первые ее размышления о писателе, перенесенные на лист и полотно, относятся еще к 1977 году. Работы более поздние все яснее стремятся к абстрактной манере, в некоторых из них канонические черты писателя лишь угадываются: характерный нос, усы, ироничный – или полный сомнения – наклон головы... И все, остальное – живописные мазки размышлений художника о художнике.

Герои, которых создают писатели в тот момент, когда перо, сделав последний штрих, оторвалось от бумаги, начинают жить своей жизнью. «Импровизации на тему Петербурга Гоголя» Виктора Вильнера – как раз фиксация самостоятельной жизни гоголевских персонажей и самого главного – Города. Петербургский график, занимающийся литографией уже более полувека, член-корреспондент Российской академии художеств Виктор Вильнер по праву стоит в ряду признанных классиков. Его «импровизации» – это целый мир образов, переосмысленных художником. На Мойке, 12, он представил серии гравюр разных лет.

Диву даешься, какая смелость требовалась графику, чтобы в 1977-м создать «Пришествие» – парящую над городом шинель с младенцем на рукавах, а в 1979-м «Эпилог» с вознесшейся над «чиновным» Петербургом все той же шинелью на кресте. Уличный оркестр, состоящий из пустых шинелей, гигантская «Ступка», окруженная маленькими человечками – материалом для «обработки», гигантский утюг, на фоне узнаваемого петербургского пейзажа стремительно заглаживающий шинель и грозящий подмять под себя маленького человечка, – таков мир образов Вильнера.

«Пойдем отсюда, мне страшно среди этих чудищ, я их не понимаю», – прошептала одна дама своей спутнице на выставке, и это похвала автору: он создал настолько яркие, экспрессивные и глубокие по смыслу образы, что неизбежно заставляет зрителя задуматься. А для многих это страшно.

Иногда бывает страшно потеряться, например, на экспозиции «Музей Гоголя» в ЦВЗ «Манеж» (на снимке). Думается, если бы все музеи строили экспозиции столь же сумбурно и бессистемно, то многое из великого наследия, находясь перед глазами посетителя, так и осталось бы погребено под толщей лет. В рамках экспозиции авторы старались популяризировать гоголевскую тему, и это крайне сложный ход. Невероятно трудно удержаться на тонкой грани, балансируя между паноптикумом и скучным академическим музеем, где в дверных проходах сплели паутины известные представители мира фауны. Только отчасти задуманное «Манежу» удалось. Несомненно, заслугой идеи «музея Гоголя» является вставная часть, представленная творчеством современных авторов, интерпретирующих образ Гоголя и его героев – для сцены и из любви к искусству. На выставке привлекают внимание работы Ольги Саваренской, театрального художника, создавшего целую серию «Записок Поприщина». История постепенного помешательства для тех, кто считает себя нормальными, всегда любопытный и привлекательный сюжет. Он пугает и манит. В самостоятельных арт-объектах О. Саваренской через безумие титулярного советника Аксентия Ивановича проступает сочувствие и интерес художника.

На выставке представлен проект памятника «Шинели», из которой, как известно, вышла вся русская литература, работы Анатолия Васильева. Этот проект – демонстрация культурного среза современности. Казалось бы, уже ушел в прошлое период установки всевозможных «фотографов», «городовых» и прочая с выдачей таковых за ультрасовременную скульптуру. Оказывается, нет, в загашнике остались еще и отдельные предметы одежды – например, «шинель», на которой предполагается выбить бронзовые рельефы представителей той самой русской литературы. Уже готова и новая традиция: зайдя внутрь монумента, можно посвятиться в русские писатели. Так просто? А мы-то думали...

Тема памятника Гоголю будоражит умы и далеко не закрыта. На выставке представлен конкурсный проект памятника писателю работы Дмитрия Андреева. Судить конкурсные работы дело неблагодарное и сложное, но неужели ничего оригинальнее композиции из ссутулившейся фигуры писателя и груды разворошенных листов не придумать?

Замечательно, что в рамках проекта нашли место и работы Леонида Колибабы, Левона Лазарева, в которых современные художники «вгрызаются» в материал, мучительно высекая знакомый образ, лишенный лоска, канона, будоражащий воображение.

Заметным акцентом экспозиции стала выставка авторских кукол. Эту область творчества часто недооценивают за излишний прикладной характер и популизм. Тем не менее, это чрезвычайно интересный материал, располагающий к размышлениям. Авторская кукла Дины Хайченко «Оксана. Ночь перед Рождеством» по пластике близка к станковой скульптуре. Тема маленького человека, так остро описанная когда-то Гоголем, продолжена в «Башмачкиных» работы Александра Зинченко и Романа Шустова. Созданные художниками куклы очаровательны, кажется, что они вот-вот соскочат с постаментов и продолжат свою жизнь в современном городе. И ведь будут смотреться почти естественно – лишь костюмы их выдадут. Потому что персонажи Гоголя жизненны, верно им угаданы и до сих пор ходят среди нас.

Ольга НАУМОВА

Источник «Санкт-Петербургские ведомости»


Возврат к списку

Наверх