Дом Корлякова стал камнем преткновения в застройке бывшей фабрики Мельцера

Дом Корлякова стал камнем преткновения в застройке бывшей фабрики Мельцера 17.07.2013

В следующем году начнется застройка жильем территории бывшей мебельной фабрики Мельцера на пересечении набережной реки Карповки, 27, и Каменноостровского проспекта. Предварительный проект был представлен на градостроительном совете, в ходе обсуждения члены совета высказали необычное предложение — снести охраняемый дом Корлякова ради гармоничного решения застройки. «Карповка» выслушала аргументы зодчих.
Одно из крупнейших в своем роде предприятий существовало здесь со второй половины XIX века. В 1918 году оно прекратило свое существование, в советское время его корпуса занимал мебельный завод имени Халтурина, а затем — мебельный завод № 4 производственного объединения «Ленмебельдревпром». Последнее мебельное производство — экспериментальный мебельный комбинат «Интурист», входивший в объединение «Ленпроектмебель», — покинуло помещения в 1998 году.
Теперь территорией завода владеют дочерние структуры скандинавской группы компаний NCC. Холдинг пока отказывается от комментариев по данному объекту. Однако известно, что здесь планируется построить порядка 16 тыс. кв. метров жилья класса А. Для компании это будет первый проект в центре Петербурга. Начать застройку территории планируется через год. NCC уже имеет на руках согласование историко-культурной экспертизы.
Холдинг провел закрытый конкурс на право проектирования, в котором участвовала, в частности, архитектурная мастерская «Студия-17» Святослава Гайковича. Победителем стала архитектурная мастерская «Студия-44». Руководитель студии Никита Явейн представил на градостроительном совете четыре варианта объемно-пространственного решения застройки.
Совет не был полностью удовлетворен ни одним из предложений. Наибольшие споры вызвала судьба дома Корлякова. Здание-памятник было построено ориентировочно в первой половине XIX века, имя архитектора доподлинно не известно. Среди вариантов объемно-пространственного решения, градсовет отдал предпочтение частичному «нависанию» нового здания над памятником. Были также предложения с полным «наплывом» нового дома или с примыканием зданий. Некоторые из членов совета высказались в пользу сноса памятника, так как он не гармонирует с новым домом и окружающей застройкой в целом. Однако этого не допускает законодательство.
Сам Никита Явейн не принимает всерьез предложения о сносе дома: «Два с половиной человека сказали, что надо снести, и то под конец дискуссии. Ну хорошо бы снести... Хорошо бы на Марсе жить! У каждого свои мечты». Архитектор говорит, что обсуждать здесь нечего, ведь есть данность — памятники, охранный статус которых подтвердила проведенная экспертиза, и «если у органов охраны возникают какие-либо на этот счет сомнения, то можно провести повторную экспертизу».
Господин Явейн добавил, что проект будет проработан с изменением фасадов здания. Проект предполагает создание со стороны Карповки курдонера глубиной 80 метров и шириной 18 метров. Заводская труба, таким образом, будет располагаться по центру курдонера, на крыше двухэтажного паркинга. Максимальная высота здания составит 27 метров.
«Это объект культурного наследия, он неприкосновенен!» — заявил «Карповке» историк архитектуры Борис Кириков, который выполнял экспертизу бывшей фабрики. Он уточнил, что охранный статус имеет лишь первый этаж здания, а второй входит в диссонанс с первым и «производит впечатление куцей поздней надстройки», «поэтому действия по разборке второго этажа правомочны и скорее на пользу, а сохранение здания, как говорил Макаров, неизбежно». Собеседник «Карповки» признал, что дом является рядовой застройкой, но его важно сохранить как пример подлинной истории Каменноостровского проспекта начала XIX века. «Дом Корлякова мешает решению угла так же, как Адмиралтейство тоже мешает прямому проезду с Невского проспекта на Васильевский остров», — сыронизировал господин Кириков.
В целом историк положительно отнесся к одобренному на градсовете проекту, называя его примером хорошего компромисса: при условиях инвестора по метражу решение с «нависающим» над домом объемом неизбежно, кроме того, удачным историк находит решение по сохранению трубы.
За демонтаж исторической постройки на градсовете высказывался архитектор Сергей Шмаков. Он пояснил «Карповке», что хотел бы видеть на месте строения: «Этот угол Каменностровского проспекта и набережной реки Карповки необычайно ответственный. И все важные градостроительные узлы Петербурга всегда решались на мажорной ноте, с высотной постройкой, со знаковым силуэтом — башней или шпилем. Если мы хотим продолжить традиции градостроительства, то здание надо снести в пользу углового дома с башней. Если дом Корлякова такой такой ценный, его можно разобрать и перенести куда-нибудь. Понятно, что КГИОП против — он подчиняется законам и свято охраняет любой объектик».
Впрочем, против закона архитектор не предлагает идти, но хотел бы его пересмотреть: «Если этот проект обретет реальность, это будет карикатура на решение важного угла. У меня претензия не к проекту, но только к этому углу. Если закон способствует возникновению градостроительных ошибок, коей я считаю сохранение этого домика, то закон надо корректировать». На градостроительном совете Сергея Шмакова поддержал Марк Рейнберг, основатель «Архитектурной мастерской Рейнберга и Шарова».
Идея демонтажа домика близка и архитектору Святославу Гайковичу, но в ее воплощение он не верит: «С одной стороны, коллеги, высказывающиеся в пользу сноса, очень хорошо это аргументировали. Здесь мы видим подход, когда во главу ставится не судьба одного домика, а композиционное решение города в целом». Господин Гайкович отметил, что в свое время ради создания единого ансамбля Главного штаба было снесено несколько десятков строений, которые тому мешали.
«С другой стороны, есть мнение общественности: многие жители и градозащитники сейчас считают, что любое строение, которое дожило до наших дней со второй половины XVIII — начала XIX веков, достойно сохранения, и решать последующие городские явления стоит из условий их сохранения. Это же сейчас прописано и в наших законах. И пока идея, что город прежде всего, а судьба отдельного строения на втором плане, не может быть реализована — для этого нужно изменение общественного сознания и законодательства. Так что с учетом реализации проекта в будущем году сносить дом Корлякова невозможно», — заключил архитектор.
Член Всероссийского общества охраны памятников Людмила Семыкина считает, что все предложения по сносу — из области фантастики: «Ни один из них не взял на себя ответственность за этот акт вандализма». Она также указывала, что по этому поводу на градостроительном совете хорошо высказывался архитектор Евгений Герасимов: если это памятник, то на него нельзя «наплывать» новой постройкой, перекрывать и тому подобное.
«Кардинальный дефект нашего законодательства в том, что памятник не имеет охранной зоны», — говорит градозащитница, поясняя, что речь идет о зоне вокруг конкретного объекта, в пределах которой было бы невозможно какое-либо строительство, это бы не допустило новых объемов над домом Корлякова. «Я думаю, здесь есть еще поле для обдумывания и мы постараемся не допустить проекта с „наплывом“», — заключила Людмила Семыкина.
 

Источник Карповка.нет


Возврат к списку

Наверх