Картины звали к морю

Картины звали к морю 20.09.2013

Имя академика архитектуры Николая Дмитриевича Прокофьева, сто лет со дня смерти которого исполняется в октябре, известно, пожалуй, только глубоким знатокам петербургского зодчества. Между тем в начале ХХ века он, блистательный художник-маринист, пользовался заслуженной славой...
«Увы, сегодня Николай Прокофьев полузабыт, – сетует внук архитектора Эдгар Рихардович Прокофьев, уже многие годы занимающийся исследованием творчества своего деда. – Моя мама, Мария Николаевна, была первым и самым любимым ребенком из пяти детей Николая Дмитриевича. Творчество дедушки я изучаю в немалой степени в память моей мамы, умершей на моих глазах во время блокады».
Многие годы Эдгар Рихардович занимается поиском в архивах, организовал несколько выставок, посвященных творчеству Николая Прокофьева. Первая прошла в 1982 году в ДК на Большом проспекте Васильевского острова – до этого работы художника в последний раз выставлялись на его посмертной выставке в 1913 году. Затем последовали выставки в военно-морских учреждениях – на «Рубине», в ЦНИИ им. Крылова, а также в Музее семьи Бенуа в Петергофе.
«До войны мама мне почти ничего не рассказывала о предках, – признается Эдгар Рихардович. – Только говорила о том, что наша фамилия идет с острова Хортица с Запорожской сечи, упоминала о нашем предке, связанном с бригом «Меркурий», и о том, что решетка дома страхового общества «Россия» на Моховой улице – дедушкина работа. Время тогда было тревожное: знать лишнее о собственных дворянских корнях было опасно».
Сегодня биографические данные Николая Прокофьева секретом не являются, их можно без труда найти и в Интернете. Отметим лишь самое главное. Родился он в семье русских военных моряков: его отец служил во флоте капитаном 2-го ранга, а дед, будучи штурманом 12-го класса, отличился во время Русско-турецкой войны в 1829 году в бою на бриге «Меркурий».
Еще на школьной скамье Николай Прокофьев принимал участие в работах по отделке дома С. П. Дервиза, внутреннему убранству императорской яхты «Полярная звезда» и по художественной промышленности у архитектора Н. Набокова. Окончив в 1885 году Николаевское реальное училище, он поступил в Академию художеств, где готовился к «пейзажному искусству». Спустя три года, в 1888-м, перешел на архитектурное отделение, а через год был допущен на композиции.
Самостоятельно Николай Прокофьев начал работать с 1890 года, оканчивая начатую совместно с гражданским инженером Григорием Карповым постройку собора Валаамского монастыря и монастырской больницы. Затем для монастыря исполнил и другие работы: построил и отделал внутри церкви-скиты Тихвинской Божией Матери и Св. Германа, составил проекты монастырской часовни на 16-й линии Васильевского острова в Петербурге и подворья с церковью и жилыми домами в Москве. Что касается часовни, то ее постройку осуществлял архитектор Гавеман, поскольку Прокофьев в то время был за границей. До наших дней часовня не сохранилась: ее разобрали во время блокады.
В 1892 году Николай Прокофьев выдержал конкурс на малую, а в 1894 году – на большую золотую медаль и был удостоен звания классного художника 1-й степени. В 1895 году, став пансионером, он на два года уехал за границу, где посетил Германию, Швейцарию и северную Италию. В Цюрихе он состоял на практических работах у архитектора Эрнста, по заказу которого исполнил проект большой гостиницы для Ривьеры. По заданию Академии художеств воспроизвел уничтоженные пятью пожарами работы разных мастеров в Palazzo Ducale в Венеции. Эти работы, приобретенные академией в собственность, принесли ему в 1902 году звание академика архитектуры.
Николай Дмитриевич поступил на службу в хозяйственное управление при Синоде, которую впоследствии совмещал со службой в Первом российском страховом обществе и на Балтийском судостроительном заводе, где около пяти лет занимался отделкой и украшением кораблей. В частности, он выполнил внутреннюю отделку броненосца «Император Александр III», наружную и внутреннюю отделку крейсера «Алмаз», исполнил чертежи и рисунки для императорской яхты «Александрия».
Среди других работ Николая Прокофьева – проект фотопавильона Главного гидрографического управления, отделка интерьеров дома А. Н. Коровиной (Большая Морская ул., 55), покоев дворца герцога Е. М. Лейхтенбергского, интерьеров дома Безобразова на Моховой, дома Утемана на Васильевском острове. В 1898 году Николай Прокофьев выполнил конкурсный проект Кронштадтского собора, оцененный Обществом архитекторов как «выдающийся по идее и оригинальности». Что касается проекта решетки дома страхового общества «Россия» на Моховой улице, 27 – 29, построенного по проекту архитектора Леонтия Бенуа, то, как отмечает Эдгар Прокофьев, ее авторство пока подтвердить не удалось. Известно также, что Николай Дмитриевич много работал в Москве, Киеве и других городах.
Кроме архитектуры Николай Прокофьев занимался также живописью. Он руководил акварельной обработкой дипломных проектов в Институте гражданских инженеров. Являясь действительным членом Петербургского общества русских акварелистов, Прокорьев почти ежегодно участвовал в выставках общества, преимущественно с произведениями морской тематики. Он создал целую галерею акварелей, посвященных морю, кораблям, военно-морским сражениям. Сегодня сорок одна его работа находится в Военно-морском музее, одно произведение можно увидеть во дворце «Коттедж» в Петергофе.
«Его картины, которые когда-то были у нас дома, с детства всегда влекли меня к морю, – признается Эдгар Прокофьев. – Корабли он изображал настолько точно, до мельчайших деталей, что его работы можно сегодня изучать как исторические документы. А как он блестяще изображал водную поверхность!»
В Петербурге было три «прокофьевских» адреса. Первый – на углу Мойки и нынешней улицы Писарева, второй – в Фонарном переулке. Когда в 1912 году Николай Дмитриевич стал архитектором Придворно-конюшенной части, ему предоставили казенную квартиру в доме ведомства на Екатерининском канале, напротив Спаса-на-Крови. Именно здесь он трагически ушел из жизни в ночь с 9 на 10 октября 1913 года. Вдова, Матильда Леонтьевна Иессен, похоронила супруга на Смоленском лютеранском кладбище. Впоследствии младшая дочь архитектора перенесла прах родителей на Литераторские мостки Волковского кладбища.

Источник СПб ведомости


Возврат к списку

Наверх