Ошибки, выбитые в камне

Ошибки, выбитые в камне 11.09.2012

Читая надписи на мемориальных досках, мы практически никогда не задаемся вопросом: а верны ли те сведения, которые там указаны? Петербургский краевед Валерий Николаев, создатель электронной базы данных по истории города, занимается этим не один десяток лет и считает, что нередко нам приходится воспринимать неточную, а то и вовсе неправильную информацию.

На Дворцовой набережной, 30, Евгений Тарле поселился не в 1933-м, а в 1924 году. ФОТО Дмитрия СОКОЛОВА – На сегодняшний день в городе около сорока мемориальных досок, установленных с 1940-х по 2000-е годы, в которых текст не соответствует исторической действительности, – утверждает исследователь. – Эти ошибки не только вводят в заблуждение жителей города и его гостей, но и являются обидными и нетерпимыми для репутации города, претендующего на звание культурной столицы. А теперь эти ошибки, перекочевав на многочисленные сайты, пошли по всему миру...

Бывает так, что мемориальные доски повесили не на тех домах, где они должны быть, просто по чьей-то ошибке. Примером может служить доска философу Дени Дидро на Исаакиевской площади, 9. На самом деле, как доказали краеведы, ее место – на доме № 12 по Владимирскому проспекту. Не на своем месте и доска писателю Александру Грину: еще в конце 1990-х годов ее установили на доме № 11 по улице Декабристов, тогда как она должна быть на доме с таким же номером, но только по улице Пестеля. Несмотря на публикации краеведов, основанные на архивных документах, эти ошибки до сих пор не исправлены.

Нередко надписи вводят горожан в заблуждение относительно времени пребывания исторического персонажа по такому-то адресу. То добавляют года, то убавляют. А то и просто, обобщая сведения, выкидывают из жизни людей целые периоды их жизни.

Причем, как правило, печальные страницы биографии. Один из самых ярких примеров – в отношении историка Евгения Тарле, увековеченного на Дворцовой наб., 30. Надпись гласит, что он жил в этом доме с 1933-го по 1955 год.

– Тарле действительно жил в этом доме, – согласен Валерий Николаев. – Но только, по документам, не с 1933 года, а по крайней мере с 1924 года. И он здесь не жил в 1931 – 1933 годах, поскольку был в это время репрессирован, а также в 1941 – 1945 годах, поскольку находился в эвакуации в Казани. Разве это не существенные факты из его биографии?

– Есть еще одна ошибка, которую можно назвать системной, – отмечает Валерий Николаев. – К сожалению, ею страдают многие начинающие исследователи, когда, пользуясь адресно-справочными книгами, издававшимися в Петербурге – Ленинграде с 1892-го по 1940 год, определяют места жительства интересующих их персонажей. И забывают при этом, что данные во все эти справочники подавались в конце предыдущего года. До революции сбор сведений и подготовка издания начинались для жителей за два месяца до начала будущего года, а для домовладельцев – за четыре. То есть если, допустим, во «Всем Петербурге» на 1913 год указано, что некто живет по такому-то адресу, это значит, что он там обитал по крайней мере с осени 1912 года, – утверждает Валерий Николаев. Распространенная ошибка исследователей перекочевала и на многие мемориальные доски.

Пользуясь таким алгоритмом, исследователь нашел немало мемориальных досок, где годы жизни персонажа следует сдвинуть на год назад. Здесь подводник Александр Бахтин и скульптор Роберт Бах, певцы Анастасия Вяльцева и Николай Фигнер. Например, академик Байков жил в доме на Политехнической не с 1904 года, а с 1903-го...

На улице Декабристов, 11, Александр Грин никогда не жил. ФОТО Александра ДРОЗДОВАИзучив вопрос, Валерий Николаев попытался побороться за восстановление исторической справедливости и обратился к городским чиновникам. Переписка с инстанциями заняла полгода. Письмо, отправленное губернатору, спустили в комитет по культуре, а затем в Музей городской скульптуры. Оттуда Валерий Александрович получил подробный ответ, в котором его благодарили «за внимательное и неравнодушное отношение к сохранению памяти о выдающихся деятелях культуры», но четко дали понять: все даты на мемориальных досках указаны правильно и нет никаких оснований что-либо менять.

Что же касается указания временных промежутков, то в ответе музея утверждалось, что это предложение противоречит одному из пунктов городского закона «О мемориальных досках в Санкт-Петербурге» 2011 года.

Однако краевед сдаваться не собирается. Он считает, что из полученного письма видно, что его исполнители просто не умеют пользоваться адресными и справочными книгами «Весь Петербург», «Весь Петроград» и «Весь Ленинград». А что до статьи закона, то она вовсе не противоречит указанию временных промежутков. В ней говорится, что текст мемориальной доски должен содержать «краткую характеристику события», но нигде не указывается, что надо обобщать даты жизни исторических персонажей.

– Если «чиновников от культуры» этот вопрос не волнует, то, по моему мнению, необходимо обратиться за поддержкой напрямую к жителям для исправления постыдного для нашего города отношения к памяти увековеченных людей, – считает Валерий Николаев. – Понимаю, что решение этого вопроса потребует определенных средств и задача не может быть решена в короткий срок, но разве можно считать это основанием просто ничего не предпринимать и все оставить, как было?
 

Источник СПб ведомости


Возврат к списку

Наверх