Даниил Гранин: Мы не имеем права по-хамски относиться к нашей истории

Даниил Гранин: Мы не имеем права по-хамски относиться к нашей истории 07.02.2014

На встречу с писателем в Балтийский медиа-центр пришли ветераны, деятели культуры, губернатор Ленинградской области и председатель городского парламента.
Выступление Даниила Гранина в Берлине, в немецком бундестаге, в знаковый для ленинградцев-петербуржцев день 70-летия полного снятия блокады надолго запомнится тем, кто его слышал. Многое, конечно, осталось за кадром, о чем и поведал Даниил Александрович на встрече в рамках проекта Балтийской медиа-группы «История над нами пролилась…».
«Я видел выступление Даниила Гранина — это наш достойный ответ немцам, которые должны понимать, что мы ничего не забыли. Мы, конечно, не имеем претензий к ныне живущим поколениям, но они должны понимать, с кем имеют дело, с кем строят отношения», — поделился директор Музея обороны и блокады Ленинграда Сергей Курносов и отметил, что экспозиция «История над нами пролилась...» — замечательная и многим музеям не хватает именно такой подачи нашей истории — через личность человека. «То, что удалось создать сейчас базу фотографий блокадников, может впоследствии сослужить хорошую службу и нашему музею, когда он будет расширяться», — заметил Сергей Юрьевич (интервью директора Музея обороны и блокады читайте в материале «Сергей Курносов: Наш музей будет жить»).
Заметим, что среди пришедших отсутствовали, несмотря на приглашение, руководители городской администрации, но, видимо, их задержали более важные дела.
«Я поддерживаю Гранина, — сказала председатель петербургской организации «Жители блокадного Ленинграда» Ирина Скрипачева. — Слышала его, вспоминала свою блокаду, и слезы наворачивались на глаза. Спасибо ему за правду».
«Я благодарен БМГ, в частности телеканалу «100ТВ», газете «Вечерний Петербург», за то, что обращают на нас, ветеранов и блокадников, внимание», — отметил художник Василий Кулаковский, который пришел послушать писателя и подарить ему свою работу.
Но вот настал торжественный момент — появился сам Гранин. Опираясь на палочку, он вошел в зал, сел за столик и негромко заговорил о вещах, от которых сжималось сердце. Свой рассказ Даниил Александрович начал с воспоминаний о войне: что с первых дней войны добровольцем ушел на фронт, о своих однополчанах, которые погибли, а значит, так никогда и не узнали, что мы победили... «У нас официальная история, казенная... Честная, правдивая почти отсутствует, — заметил писатель и вздохнул: — Мы с памятью обращаемся очень небрежно, хотя каждый человек участвует в исторических событиях».
Коснулся и выступления в бундестаге. Текст обращения к немецкому парламенту был написан им заранее, но когда он вошел в зал заседаний, где сидели депутаты, канц¬лер Ангела Меркель, то понял, что не сможет воспользоваться «домашней заготовкой»: «Я захотел просто рассказать о том, что пережили жители Ленинграда, о блокаде, которой немцы не знают». И стоя рассказал о том, какой подвиг каждый день совершали ленинградцы, как они боролись с голодом, холодом. И, теряя силы, люди не потеряли самое главное — чувство сострадания.
«Ленинградская блокада — особая страница Второй мировой войны. Все города — и наши, и европейские — все сдавались, кроме Ленинграда. Но именно Ленинград выстоял, — заметил Гранин. — Я был не всю блокаду, я фронтовик. Но мы видели, как горит город, как вздрагивает земля при бомбежках. Мы ничего не могли сделать, когда над нами, мягко шелестя, летели снаряды. И мы выстояли не потому, что это был приказ. А потому, что это был Ленинград».
Многие, кто собрался в БМЦ, хотели не только послушать Даниила Александровича, но и сами высказаться, задать вопрос, выразить благодарность писателю за его книги.
«Главное — донести до людей правду не только о героизме, но и о той войне, которая была, о том, что происходило на самом деле, — согласился с писателем губернатор Ленобласти Александр Дрозденко. — И проект БМГ «История над нами пролилась…» как раз и дает возможность тем людям, которые помнят войну, правдиво рассказать о ней. Даниил Александрович упомянул, что начинал войну на Лужском рубеже, а там были такие потери, что из дивизии в живых остались единицы, почти месяц с одними винтовками воевали против танков и пулеметов, но выстояли, остановили фашистов. И надо рассказывать правду о войне, потому что не все о ней знают... И Даниил Александрович 27 января дал старт акции — акции правды, за что ему огромное спасибо».
Председатель Законодательного собрания Петербурга Вячеслав Макаров, поблагодарив писателя за его книги, отметил, что в нашей истории были великие победы, и одна из них — день Ленинградской победы. «Когда в истории государства есть такие даты, не будет Майдана, беспредела, и молодежь будет воспитана в духе патриотизма, — заметил Вячеслав Серафимович. — Но мы не должны забывать и того, что история должна быть правдивой, чтобы знание истории помогло прививать молодежи любовь к Родине, воспитывать чувство гордости. И я благодарен Даниилу Александровичу, ветеранам, блокадникам за то, что они понимают эту великую миссию, великую задачу».
Даниил Александрович внимательно слушал и погружался в подробности. «Когда наша армия отступала, мы бежали и на Лужском рубеже остановились — сказали: «Нет!» Было ощущение, что дальше отступать нельзя. Когда немцы вплотную подошли к Ленинграду, то мы почувствовали, что врага можно остановить. А в декабре 41-го, когда немцев остановили под Москвой, мы почувствовали, что их можно бить».
Сенсацией стало письмо, которое после выступления Гранина в Берлине прислал архитектору Вячеславу Бухаеву знакомый немецкий архитектор Кристофер фон Гибберт. «Ровно 70 лет назад закончилась немецкая блокада Ленинграда — о том страшном времени российский писатель Даниил Гранин около часа рассказывал в бундестаге. Есть фотографии того ужаса, которого я до сего дня себе и представить не мог, — говорится в письме. — Я не знал этого, хотя родился в 1939 году. Я также не знал, что мои предки по отцовской линии когда-то жили и работали в Санкт-Петербурге. Я потрясен увиденным и прочитанным. И мне очень стыдно за то, что мы сделали с вами, за что я и хочу попросить прощения. Но приятно то, что новое поколение немцев захотело сделать то же самое. Я и одна из моих сестер хотели бы сделать пожертвование для Петербурга...»
Журналисты попросили рассказать Даниила Александровича и о том, что осталось за кадром, — о встрече с пятым федеральным канцлером Германии Гельмутом Шмидтом, его ровесником, также воевавшим на Ленинградском фронте, но с другой стороны. «Вам все рассказать? — впервые за все время улыбнулся писатель. — Это была любопытная встреча. Я хотел с ним поговорить о войне, он ведь стоял напротив меня. Он стрелял в меня, а я — в него. Мы оба промахнулись, остались живы и решили встретиться». Но разговора о войне не получилось, зато поговорили о музыке. Оказалось, что господин Шмидт очень любит Мусоргского, сам сочиняет музыку, активен, присутствует на международных совещаниях, словом, погружен в политическую жизнь Германии. Характерен один момент, который отметил президент Балтий¬ской медиа-группы Олег Руднов: за неделю до выступления Гранина господин Шмидт встречался с президентом Владимиром Путиным. «Мы и о Путине говорили, о его встречах, но об этом как-нибудь в другой раз», — ушел от подробного ответа Даниил Гранин.
Зато ему не уйти было от других вопросов — например, о том, почему в городе не было запаса продуктов («Начальники должны думать вперед!»), о том, как он относится к проекту «Улица Жизни», каким он видит Музей блокады («Музей хороший, он рассказывает честно о том, что было»), об опросе канала «Дождь» («Такое уже случалось, это подлый опрос, и я им ничего не буду отвечать»), о том, наконец, будет ли смотреть Олимпиаду («Прыжки с трамплина»)...
«Почему блокада не имеет своих героев, имен? Кроме Ольги Берггольц кого еще можно назвать? — вдруг сам задался вопросом писатель. — Мне кажется, потому, что город не нуждался в героях, он нуждался в героизме, а это разные вещи. Люди жили изо всех сил, и это было удивительное психологическое, физиологическое состояние — люди жили, потому что они считали себя частью фронта. Они чувствовали себя бойцами, солдатами, хотя и не стреляли».
В конце встречи Гранин напомнил всем, что каждый имеет право оставаться в истории: «Из наших вождей никого не осталось, а все наши кумиры повержены — нет ни Чапаева, который превратился в анекдот, ни Буденного, ни Ворошилова. Но они — часть истории, имеют право в ней оставаться. Что мы стыдимся нашей советской истории? Да, там были темные страницы, но мы строили электростанции, заводы, люди работали с чистой душой, с любовью, с мечтою. Так что мы не имеем права по-хамски относиться к истории».
Даниил Александрович хотел было уйти, но его обступили журналисты — они протягивали книги писателя для автографа и продолжали задавать вопросы. А «Вечёрка» сделала предложение писателю: каждый год прорывать информационную блокаду и выступать в немецком бундестаге, чтобы продолжать акцию правды о войне. «Я не согласен. У меня своя работа. Выступление — это дело артистов, а мне уже тяжело выступать», — заметил Даниил Александрович, и вопрос остался открытым.
А что касается акции правды БМГ — проекта «История над нами пролилась…», то с 27 января экспозицию на Каменноостровском проспекте, 67, уже посетили десятки горожан: люди несут документы, эвакуационные удостоверения, фотографии своих близких, умерших в блокадном городе, спасенных от голодной смерти, тех, кто воевал и восстанавливал город… Все это войдет в «Ленинградский альбом» — создаваемый сайт памяти (www.albomspb.ru).
Журналисты «Вечёрки» тоже в этом поучаствовали — и записали в «Ленинградский альбом» фамилии еще нескольких ленинградцев. Галины Ивановны Ермошиной, родившейся 29 мая 1940 года. Ее семья жила в Смольном — в комплексе зданий раньше был небольшой жилой дом с коммунальными квартирами. Когда началась война, отец ушел на фронт. Мама целыми днями работала. Всю блокаду мать и дочь жили в Ленинграде. Галина Ивановна, которая ушла из жизни десять лет назад, наотрез отказывалась рассказывать об этом времени. Вспоминала только, как ела землю, какой она казалась вкусной. И долго еще после войны не могла избавиться от этой привычки. А еще — Любови Ивановны Лисицы, которая всю блокаду пробыла в Ленинграде, на ее глазах умерли мама, папа, сестра, два брата, а ее саму, дистрофика, взяла под опеку крестная. И ее супруга Александра Симоновича, призванного в армию в последний год войны и служившего на Северном флоте. Наша акция продолжается.
В Балтийском медиа-центре представлен также Пискаревский мартиролог. Точнее, издание в семи томах называется «Персональные сведения о гражданских людях, похороненных на Пискаревском мемориальном кладбище». Позже эти списки будут размещены и в «Ленинградском альбоме» — на сайте www.albomspb.ru. 

Источник Вечерний Петербург


Возврат к списку

Наверх