Особое отношение к «Последнему адресу»

Особое отношение к «Последнему адресу» 27.07.2015

 В Петербурге в субботу 25 и в воскресенье 26 июля 2015 года установили еще 9 табличек «Последнего адреса». Мест, откуда люди уходили в вечность в страшные годы сталинского террора, в Петербурге еще очень много, поэтому здесь особое отношение к этому проекту Сергея Пархоменко.

25 июля на доме 1/3 на Малом проспекте Петроградской Стороны установили сразу две таблички. В коммунальной квартире здесь жила семья выходцев из Польши - Козловских. Отец, Станислав Юлианович Козловский, начальник сменно-планового бюро завода «Пластмасс», был арестован и расстрелян в сентябре 1937.


Его жена и одиннадцатимесячный сын были отправлены в лагерь в Кемеровской области. Табличка была установлена по инициативе сына Станислава Козловского – Генриха. Его самого в годы Большого террора спасла родная тетя – приехала в лагерь, забрала и вырастила. Генрих Станиславович принес к дому букет алых роз. «Установка этой таблички здесь – это и есть настоящие похороны моего отца, больше я ничего не могу говорить», - сказал он и заплакал.


В том же доме жил и был арестован в июле 1937 художник-карикатурист и архитектор Бронислав Брониславович Малаховский. Он был расстрелян как «польский шпион». Его жена Мария умерла в Бутырской тюрьме. Инициатором установки таблички Малаховскому стала петербургская художница Светлана Иванова.


«Работал он быстро и очень легко — во всех жанрах: книжный иллюстратор, оформитель театральных спектаклей, газетно-журнальный карикатурист и так далее. Во времена его широкой известности я встречал его редко, и в моей памяти он навсегда сохранился как застенчивый мальчик с пухлыми губами, с детски нежным овалом лица, весь как пожаром охваченный всепожирающей страстью к искусству», - писал о Малаховском Корней Чуковский.


Бронислав Малаховский родился в 1902 году в семье петербургского инженера-технолога. В 1920-х годах учился в Академии художеств, с 1926 года сотрудничал с редакциями сатирических журналов «Бегемот», «Смехач», «Чудак», «Пушки», «Крокодил». Малаховский рисовал для детских журналов «Чиж» и «Еж», особенно удачно у него получались иллюстрации к стихам Даниила Хармса, именно Малаховский придумал самый известный персонаж советских комиксов – Умную Машу. Последней работой Малаховского стали иллюстрации к «Золотому ключику» Алексея Толстого. Эту книжку 1936 года издания принесли к дому, где жил Малаховский, его потомки.


Старого деревянного дома на 13-й линии Васильевского острова - 56, из которого увели в 1949 году Григория Александровича Гуковского, выдающегося литературоведа и филолога, крупнейшего специалиста по русской литературе XVIII века, не существует с 1970 года. Сейчас дом № 56 – стандартная пятиэтажка брежневского времени. Табличку памяти Гуковского установили 26 июля здесь, на месте, где некогда был старый дом.


«Я выросла с этим с портретом на стене – портретом дедушки Гриши, - говорила Татьяна Долинина, биолог, внучка Григория Гуковского. – Я никогда не видела своего деда живым, потому что он умер в тюрьме, за несколько месяцев до моего с братом рождения, бабушку арестовали в тот день, когда мы родились, а маму от ареста спасло то, что она была в роддоме».

Журналист Кира Долинина, правнучка ученого, говорила о том, как испытала шок во время чтения следственного дела Гуковского. Да, нельзя прочесть доносы и свидетельские показания – работает закон о защите персональных данных. Но можно прочесть другое: «это тексты допросов, в которых все перемешано: кто, что, про кого говорит, кого уже избили до такой степени, что он несет полную чушь, кого-то еще не добили, но он уже пытается взвалить на себя и других все, что угодно, это невозможное чтение».


«И самый ужас, - говорит Кира. – Это время начала и завершения допросов. Начат в 23.30 и закончен в 5.00 утра, начат в 0.40 и закончен в 4.00 утра, и иногда за 6-8 часов допросов текст совсем недлинный – всего две странички, и мы лишь можем представить себе, если можем, то, что творилось за эти 6-8 часов. Две страницы текста, а за ними кровь и ужас, и сердечный приступ в тюремной больнице, от которого умер Григорий Александрович».


Сергей Пархоменко, один из организаторов Всероссийской акции «Последний адрес», считает, что в Петербурге особое отношение ко всей это истории с установкой памятных табличек на домах, откуда были уведены и куда больнее никогда не вернулись люди: «Такое впечатление, что в Питере больше городской жизни, информация быстрее распространяется, приходят люди – не только родственники, но просто живущие в этом доме или рядом, те, кто в соцсети прочитал, прохожие присоединяются».


Он говорит, что задача проекта не в том, чтобы увесить города табличками, но чтобы вот эти таблички – пусть немногочисленные по сравнению с миллионами уведенных и не вернувшихся – чтобы они стали частью городского пейзажа, контекста городской жизни, чтобы люди в разных городах нашего некогда общего пространства понимали, о чем это.


«Таблички «Последнего адреса» есть в Москве и Петербурге, Ярославле, Костроме, Нижнем, Барнауле, Одессе, Вильнюсе, Риге, Таллине, в Ереване, - сказал Пархоменко. – Мы скреплены общей историей, общей скорбью, общим пониманием главного – про что это, а это все – про ценность человеческой жизни».


Напомним, проект «Последний адрес» - это общественная инициатива по увековечиванию памяти людей, ставших жертвами сталинских репрессий и советского государственного произвола. Основополагающий принцип проекта — «Одно имя, одна жизнь, один знак». В основе проекта — уникальный архив данных, созданный обществом «Мемориал» на базе региональных Книг Памяти. Юридическая основа проекта - закон «О реабилитации жертв политических репрессий», принятый в 1991 году. Почти полтора миллиона рублей на проект было собрано способом краудфандинга на платформе Планета.ру – это средства граждан.


Галина Артеменко, Андрей Рысев

 

http://www.rustelegraph.ru/news/2015-07-26/Osoboe-otnoshenie-k-Poslednemu-adresu-34587/

Источник Телеграф.ру


Возврат к списку

Наверх