Милюков П.Н. История второй русской революции

Милюков П.Н. История второй русской революции

Милюков П.Н. История второй русской революции

Милюков П.Н. История второй русской революции / П.Н. Милюков. - Санкт-Петербург [и др.]: Питер, 2014. - 746.

А. Керенский о Милюкове:
"…Говоря о П.Н. Милюкове, я могу быть беспристрастным. В идеях он для меня спорен. В типе общественного работника - удивителен. Таким должен быть тот, кто хочет строить новое здание, высекать из камня новые формы.

Долгая жизнь, направленная всегда к одной цели. Цель, которая подчиняет себе всю жизнь и в большом, и в малом. В большом и малом П.Н. Милюков подчиняет себя цели, которой служит: укреплению России преобразованием в ней государственного строя.

Тут главное не в идее, ибо много было и есть среди нас так же мыслящих, а в упорной воле к ее осуществлению. Никакие неудачи, личные поражения не могут оторвать П.Н. Милюкова от его идеи, не могут разбить его волю служить России. Его уверенность в правоте своего дела, может быть, иногда переходит в самоуверенность, но никогда минутная слабость от неудач не превращалась и не превращается у него в отчаяние. Он никогда, по русскому обычаю, не махнет рукой на свое дело, никогда не превратится из призванного Павла снова в обывательского Савла, как это принято в русской обывательской среде..." (Керенский А. Два юбилея // П.Н. Милюков: Сборник материалов по чествованию его семидесятилетия. 1859-1929. Париж. С. 39-40.)

 

Из книги:
"...Я помню момент, когда граф Витте в ноябре 1905 г. после октябрьского манифеста, пригласил меня для политической беседы. Я сказал ему, что никакое общественное сотрудничество с правительством невозможно до тех пор, пока власть не произнесет открыто слова «конституция». Пусть, говорил я, это будет конституция октроированная, но нужно, чтобы она была дана окончательно. Граф Витте не скрыл от меня, что он не может исполнить этого условия, ибо этого «не хочет царь». Довольно известно, что даже манифест 17 октября император Николай II считал данным «в лихорадке» и никогда не мирился даже с этими более чем скромными уступками. Не хотел, конечно, конституции и граф Витте, исходя из своих старых славянофильских взглядов; не хотели конституции даже такие общественные деятели, как Дм. Ник Шипов. Для защиты создавшейся, таким образом, двусмысленности была создана специальная партия – «Союз 17 октября», и все последующее десятилетие прошло под знаком политического лицемерия. Так как страна не могла этим удовлетвориться, то и само существование представительных учреждений послужило лишь к расширению базиса для дальнейшей борьбы общественности с защитниками старого порядка. Если опорой для общественности служила при этом оппозиция Государственной думы, не смолкавшая даже в самые трудные минуты существования этого учреждения, то опорой для власти служил Государственный совет, принявший в себя все силы и сосредоточивший все усердие сановников старого режима.

 В результате борьбы этих двух центров в России за десять лет в сущности вовсе не было законодательства. Все проекты реформ, даже самых умеренных, застревали под «пробкой» Государственного совета, превратившегося с годами в настоящее кладбище благих начинаний Государственной думы. Проходили через законодательные учреждения лишь те меры, которых хотела власть в союзе с правящим сословием..."


Наверх