Последний летописец, или Две жизни Николая Карамзина. Серия "Былой Петербург"

Последний летописец, или Две жизни Николая Карамзина.  Серия "Былой Петербург"

Последний летописец, или Две жизни Николая Карамзина. Серия "Былой Петербург"

Эйдельман Н. Я. Последний летописец, или Две жизни Николая Карамзина. – СПб., 2016.

Книга известнейшего писателя, публициста, литературоведа Н. Я. Эйдельмана посвящена главному труду Н. М. Карамзина — «Истории государства Российского». В начале XIX века Россия стояла перед настоятельной необходимостью широких преобразований в жизни государства. «Республиканец в душе и верный подданный царя русского», как писал о себе Карамзин, предложил собственную концепцию преобразований, основанную на идеалах просвещения и развития гражданского самосознания русского общества. Фундаментом этой концепции стала «История государства Российского», работу над которой Карамзин начал в 1803 году и продолжал до 1826 года, до последних дней своей жизни. Карамзин разыскивал древние летописи, исследовал, сопоставлял, критически оценивал тысячи свидетельств и документов — отечественных, западноевропейских, византийских, арабских… Поскольку свой труд Карамзин создавал, не только всматриваясь в даль тысячелетнего прошлого, но с постоянной оглядкой на Россию своего времени и с мыслью о будущем страны, многие страницы «Истории» для его современников были, по выражению Пушкина, «как свежая газета». В книге Н. Я. Эйдельмана с чрезвычайной наглядностью показана беспощадная борь¬ба мнений, смертельные споры, закипевшие вокруг карамзинской «Истории», ставшей од¬ним из главных событий в тогдашней словесности, историографии, и в итоге — во всей политической жизни. Яркий политический темперамент — важнейшая черта Карамзина-историка. В обширном приложении к настоящему изданию опубликованы малоизвестные поли¬тические манифесты Карамзина — «Записка о древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях», «Мнение русского гражданина», а также написанный по просьбе Николая I проект манифеста о его вступлении на престол. В книге использованы малоизвестные материалы, она содержит множество черно-белых иллюстраций.


Из книги:

«История Государства Российского, сочиненная Н.М. Карамзиным, в осьми томах, продается в Захарьевской улице, близ Литейного Двора, в доме Баженовой…» - извещает в 1818 году «Сын отечества».

Иначе говоря, на той же улице, в том же доме, где живет Карамзин, патриархально продается его «История», а Катерина Андреевна считает привозимые из типографии экземпляры.

К этому времени по восемь книжек на веленевой бумаге отосланы царю, царицам, Дмитриеву и еще нескольким особо важным читателям. Завершено почти двухлетнее превращение карамзинской рукописи в печатные тома. Нетерпение столисной публики и разные слухи опережают события.

Восемь томов – от древнейших времен до 1560 года.

История государства Российского. Восемь томов первого издания 2.jpg

«Болезнь остановила на время образ жизни, избранный мною… Это было в феврале 1818 года. Первые восемь томов «Русской истории» Карамзина вышли в свет. Я прочел их в моей постеле с жадностию и со вниманием. Появление сей книги (так и быть надлежало) наделало много шуму и произвело сильное впечатление, 3000 экземпляров разошлись в один месяц (чего никак не ожидал и сам Карамзин) – пример единственный в нашей земле» (Пушкин). <…>

Пушкинский отрывок, кажется, не пропускает ни одной стороны события – и поэтому позволим себе прибегнуть к «медленному чтению».

«3000 экземпляров… пример единственный». Как трудно нам, в эпоху гигантских тиражей, сопоставлять числа: классический тираж XVIII - первой половины XIX века – 1200 экземпляров. Так выходили главы «Евгения Онегина», «Бориса Годунова», а прежде – карамзинские повести, «Письма русского путешественника». Потом, правда, следовали переиздания – еще 12000, еще… Но чтобы сразу 3000 – неслыханно!

<…>

К 11 марта – Карамзин получил еще 600 заказов сверх проданного тиража.

Начало апреля – Николай Тургенев сообщает, что экземпляры «Истории» продаются по двойной цене. Памятник Н.М. Карамзину, установленный в Симбирске в 1845 г..jpg

7 апреля – договор с книгопродавцем Олениным на второе издание.

8 июля – объявление о начале печатания второго «исправленного» издания. Газеты извещают о готовящемся переводе на французский, немецкий, итальянский…

<…>

Петербургская цена была по 50 рублей за восемь томов в обыкновенном переплете, в Москве продавали за 58, в провинции и того дороже – цена обычная и немалая. Если бы грамотный мужик-середняк пожелал приобрести «Историю», она обошлась бы ему примерно в два годовых оброка.

Понятно, простых читателей совсем немного. Больше всего покупает Петербург – литераторы, чиновники, военные, придворные… И все же нашлись покупатели и среди «податных сословий». Такие люди очень интересовали историка, надеявшегося на будущую российскую образованность. Он не забывает, в нескольких письмах упоминает бурмистра одной из деревень Вяземского, который просит у своего барина «гостинца» - «Историю» Карамзина. <…> Ученик Пензенского духовного училища Иринарх Введенский, будущий заметный деятель 1840-х годов, пишет отцу-священнику: «Тятенька, не посылай мне лепешек, а пришли еще Карамзина; я буду читать его по ночам и зато буду хорошо учиться»


Наверх